"Сижу задумчив и один…"



Сижу задумчив и один,

На потухающий камин

    Сквозь слез гляжу…

С тоскою мыслю о былом

И слов в унынии моем

    Не нахожу.


Былое было ли когда?

Что ныне — будет ли всегда?..

    Оно пройдет —

Пройдет оно, как все прошло,

И канет в темное жерло

    За годом год.


За годом год, за веком век…

Что ж негодует человек,

    Сей злак земной!..

Он быстро, быстро вянет — так,

Но с новым летом новый злак

    И лист иной.


И снова будет все, что есть,

И снова розы будут цвесть,

    И терны тож…

Но ты, мой бедный, бедный цвет,

Тебе уж возрожденья нет,

    Не расцветешь!


Ты сорван был моей рукой,

С каким блаженством и тоской,

    То знает Бог!..

Останься ж на груди моей,

Пока любви не замер в ней

    Последний вздох.



  





КОММЕНТАРИИ:

Автограф — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 16. Л. 4–4 об.

Первая публикация — РА. 1879. Вып. 5. С. 132; тогда же — ННС. С. 32–33. Затем — Изд. СПб., 1886. С. 26–27; Изд. 1900. С. 52–53.

Печатается по автографу.

В автографе помечено римской цифрой «VI», а под номером «V» — «Там, где горы, убегая…» (см. коммент. С. 442). Все строфы слегка отчеркнуты. Авторские знаки: многоточия по три, четыре точки. Художественный эффект авторских знаков — романтическая «открытость» высказывания, наличие «невыразимого» в подтексте: поэт чувствует больше, чем выражает в словах. Отсюда обилие многоточий и тире.

Тексты изданий не различаются, однако в Изд. 1900 отсутствует деление на строфы, что было в предыдущих публикациях, несколько изменены знаки препинания: в конце 9-й строки поставлен восклицательный знак («Оно пройдет!») вместо запятой; в конце 15-й поставлен знак вопроса («Что ж негодует человек, / Сей злак земной?..»), вместо восклицательного знака с многоточием, как в предыдущих изданиях; в конце 22-й — тире, вместо запятой, как было раньше.

Датируется так же, как «Там, где горы, убегая…», «Сижу задумчив и один…» — 1830-ми гг. В начале мая 1836 г. было послано Тютчевым И.С. Гагарину.

Стихотворения, поставленные рядом, действительно связаны некоторыми содержательными и музыкальными моментами: динамичным четырехстопным размером (в последнем — чередование с двухстопным), тяготением к энергичной мужской рифме (особенно в последнем), идеей бега времени. В стих. «V» — ассоциация движения времени с бегущими струями реки, в «VI» — ассоциация тоже бега времени с цветением и увяданием растений. Оба стихотворения окрашены по этому поводу настроением меланхолической грусти.