"День вечереет, ночь близка…"



День вечереет, ночь близка,

Длинней с горы ложится тень,

На небе гаснут облака,

Уж поздно. Вечереет день.

Но мне не страшен мрак ночной,

Не жаль скудеющего дня, —

Лишь ты, волшебный призрак мой,

Лишь ты не покидай меня!..

Крылом своим меня одень,

Волненья сердца утиши,

И благодатна будет тень

Для очарованной души.

Кто ты? Откуда? Как решить:

Небесный ты или земной?

Воздушный житель, может быть, —

Но с страстной женскою душой!



  





КОММЕНТАРИИ:

Автограф неизвестен.

Список — Альбом Тютчевой (с. 122), с датой «1851 г.».

Первая публикация — Совр. 1854. Т. XLIV. С. 13. Вошло в Изд. 1854. С. 97; Изд. 1868. С. 130; В Изд. СПб., 1886. С. 179 дата поставлена иная: «1850». В Изд. 1900. С. 191 восстановлена дата (1 ноября 1851), но она заключена в скобки.

Печатается по первой публикации, с учетом пунктуации списка, более приближенной к тютчевской.

Датируется 1851 г. по списку.

А. А. Фет в статье «О стихотворениях Тютчева» писал: «Не потому г. Тютчев могучий поэт, что играет отвлеченностями, как другой играет образами, а потому, что он в своем предмете так же уловляет сторону красоты, как другой уловляет ее в предметах более наглядных» (Фет А. А. Соч.: В 2-х т. М., 1982. Т. 2. С. 163). Мистическая «отвлеченность» стихотворения вся пронизана красотой, а образ «волшебного призрака» — порождение этой красоты. Сам образ входит в тютчевскую поэтику романтического «двоемирия» как мистико-поэтическая персонификация «мировой души». Поэтому «призрак» — «воздушный житель». Но он «с страстной женскою душой», потому что, по-видимому, связан с образом Эрн. Ф. Тютчевой, с которой Тютчев в июле 1851 г. вел переписку, где много говорилось о разлуке. Как раз в это время в письмах Тютчева дважды возникает мотив «призрака». В письме Эрн. Ф. Тютчевой от 13 июля 1851 г. он признается: «В твоем письме разлит тихий покой, некая безмятежность, которая благотворно на меня подействовала. Я почувствовал себя живущим в твоих мечтаниях жизнью призрака» (Изд. 1984. Т. 2. С. 154). И в письме от 31 июля 1851 г. он продолжает развивать тему «призрака»: «Ибо с твоим исчезновением моя жизнь лишается всякой последовательности, всякой связности. Каждое утро я распределяю день так, чтобы быть уверенным, что ни на минуту не остаюсь наедине с самим собою. Ибо тотчас же является призрак…» (там же. С. 162). В письмах Тютчева зарождается образ утешающего призрака; и здесь же крепнет тема невыносимости разлуки, которая ворвется затем в строку «Лишь ты не покидай меня!..».

Н. Г. Чернышевский цитирование третьей строфы, взяв ее из рассказа «Фауст» И. С. Тургенева, связал с мотивом «облагораживания» человека «присутствием девственного душою существа» (Чернышевский Н. Г. Литературная критика: В 2-х т. М., 1981. Т. 2. С. 41). А. А. Блок, раскрывая смысл этого стихотворения, пришел к выводу, что образ «призрака» стал у Тютчева «великой женственной тенью», а двумя последними стихами «связал поэт небо и землю — легко и безболезненно» (Блок. Т. 7. С. 32) (А. А.).