Итальянская весна



Благоуханна и светла

Уж с февраля весна в сады вошла —

И вот миндаль мгновенно зацвела,

И белизна всю зелень облила.



Другие редакции и варианты



4  И с самого утра жара уж тяжела

        Автограф — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 50. Л. 3.



  





КОММЕНТАРИИ:

Автограф — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 50. Л. 3.

Список — там же.

Первая публикация — НС. С. 119.

Печатается по автографу.

Текст автографа записан карандашом, на полулисте тонкой писчей почтовой бумаги бежевого цвета, больною дрожащей рукою, труден для чтения. Четыре строки зачеркнуты сверху вниз двумя параллельными чертами (чернилами). Последняя строка: «И белизна всю зелень облила» записана рукой Д. Ф. Тютчевой; после текста — росчерк карандашом, видимо, рукой поэта, определившего границу конца стихотворения. Судя по списку, сделанному на том же листе, вариант заключительной строки появился взамен первоначального (в автографе): «И с самого утра жара уж тяжела». В списке имеется разночтение: «И белизной» вместо «И белизна».

Датируется февралем 1873 г., так как почерк поэта соответствует этому времени.

Италия вошла в жизнь Тютчева с молодых лет. В 1837 г. он был назначен на пост старшего секретаря русской миссии в Турине. По словам Гагарина, поэт «тяготился своим пребыванием в Петербурге. «Je n’ai pas le heimweh, mais le herausweh», — будто бы говаривал он ему» (Пигарев 1978. С. 96). «У меня не тоска по родине, но тоска по чужбине» (там же. С. 325). Однако «за границею, в его германском или итальянском далеке, Россия представлялась ему не в подробностях и частностях, а в своем целом объеме, в своем общем значении, — не с точки зрения нынешнего дня, а с точки зрения мировой истории…» (Биогр. С. 76). Тютчев предпочел провести остаток жизни на родине. О чувствах и желаниях поэта в период написания стих. «Итальянская весна» можно судить, прочитав его письмо А. Ф. Аксаковой от 7 февраля 1873 г.: «…если дни мои сочтены, отправиться умирать в Турово, и там, любуясь с террасы необъятными просторами, отойти в иной мир, не без горького сожаления о том, что я здесь оставляю…» (Изд. 1984. Т. 2. С. 358).

Италия грезилась поэту в образах «Миньоны» Гёте. Изображение итальянской природы также можно встретить в его переводе отрывка о Байроне из поэмы Цедлица «Венки мертвым» (см. коммент. к стих. «Байрон» (Отрывок). Т. 1. С. 335), а также в стих. «Итальянская villa», «1-ое декабря 1837», «Вновь твои я вижу очи…» (см. коммент. Т. 1. С. 462, 457, 497) (Н. К.).