РОД ТЮТЧЕВЫХ



Род Тютчевых  Творчество поэта Тютчева давно и прочно заняло почетное место в мировой литературе. На известных фотографиях Федор Иванович выглядит человеком суровым, неулыбчивым и даже «застегнутым на все пуговицы». Но таким ли он был в жизни? Его биографы уверены: не так часто в истории русской литературы можно отыскать персонаж, в чьей судьбе столь тесно переплелись и счастье, и драма. Но Тютчев, меж тем, ярчайший представитель знаменитой династии, и поныне считающейся одной из древнейших на Руси.

  Существует несколько версий происхождения фамилии Тютчев. Звучание ее, если вслушаться, напоминает птичий щебет - Тют-чев, Тют-чев. Согласно одной из версий, она могла быть образована от тюркского слова «тут-че», что переводится на русский как «чужак», «человек иного племени».

  Другие исследователи полагают, что смысл фамилии Тютчев следует искать в турецком слове tuc, что означает «медь», «латунь». Нельзя исключать, что далекий предок Тютчева занимался ковкой или продажей изделий из меди.

  Третьи выдвигают более экзотическую версию, дескать, прозвище Тютче восходит к уйгурскому tutaci - «игрок на пастушьем рожке».

  Но как бы там ни было, в основе всех предположений лежит азиатский мотив. И это неслучайно. Основателем фамилии был некто Дуджи. И хотя некоторые считают его итальянцем, скорее всего, Дуджи имел все же татарские корни (возможно крымско-татарские).

  Об этом человеке известно немного. Вроде бы в свое время он сопровождал знаменитого венецианского путешественника Марко Поло в его странствиях по миру. Однако в какой-то момент их пути разошлись. Из крымского портового города Сугдеи, которым тогда владела Греция (ныне поселок Судак), Дуджи вдруг отправился в Москву. А попав в набирающую в то время силу столицу Московского княжества, остался и пустил корни. Пройдя несколько трансформаций, имя Дуджи превратилось в фамилию «Тютчев».

  Итак, примем за основу, что некий Дуджи положил начало знатному дворянскому роду Тютчевых, внесенному в родословные книги дворянства Московской, Орловской, Ярославской, Рязанской и Тамбовской губерний. Среди предков поэта Тютчева немало воевод, стольников и государственных служащих.

Сказание о Мамаевом побоище  Вспомним Захария Тутчева (ок. 1360-1400), видного деятеля Московской Руси. Он вошел в историю как верный сподвижник князя Дмитрия Донского. А в 1380 году, когда огромная армия Мамая двинулась к Москве, Донской отправил именно Захария к хану для мирных переговоров. В летописях его имя соседствует с такой характеристикой: «Хитрый муж Захарий Тутчев», и именно его можно смело назвать первым в династии Тютчевых дипломатом. Последним стал Тютчев-поэт. Впрочем, Захарий действовал не только как посол, но и как разведчик. Пробираясь через земли Орды, он многое понял о коварстве рязанского князя Олега, а потом предупредил своего «шефа» о предательском союзе того с Мамаем и литовским князем Ягайло.

  Захарий Тутчев прославился, как мужественный человек, бесконечно преданный своей Родине. Несмотря на угрозы хана, требовавшего от Москвы увеличения дани, посол бесстрашно отстаивал интересы великого московского князя. На обратном пути он не побоялся даже разорвать ханскую грамоту и вернуть ее клочки в Орду. Захарий Тутчев предстал важным персонажем наиболее раннего описания Куликовской битвы, дошедшего до нас под названием «Сказание о Мамаевом побоище». Именно эту летопись историки считают одним из первых образцов военной хроники древней Руси.

  Сохранились некоторые, довольно скудные, сведения о внуке Захария Тутчева - Борисе Матвеевиче Слепце-Тютчеве, который сыграл весьма важную роль в военных походах царя Ивана III. Он служил воеводой в Суздале и являлся одним из руководителей московского войска под командованием князя Даниила Дмитриевича Холмского, разбившего новгородцев на реке Шелони в 1471 году.

  Доктор исторических наук Владимир Волков в одной из своих работ так описывает участие Бориса Матвеевича в тех событиях: «В 1471 году Иван III предотвратил заключение союза Литвы и Новгорода, укрепив свое влияние в северных русских землях. Тогда и настало время решить дело с Большой Ордой... Неслучайно летом 1471 года внезапным нападением вятчан под началом своего воеводы Кости Юрьева оказался захвачен Сарай - столица Большой Орды. Можно было бы сомневаться в согласованности этой атаки с Москвой, но в том же году, те же вятчане, ведомые великокняжеским воеводой Борисом Матвеевичем Слепцом-Тютчевым, ходили воевать с враждебными Ивану III новгородцами в Заволочье. Благодаря действиям вятчан в поход на Русь хан Ахмед смог выступить лишь летом 1472 года...».

Музей декабристов  Из дальнейших Тютчевых наиболее известен декабрист Алексей Иванович (1801-1856). Он был родом из дворян Брянского уезда Орловской губернии. В 1825 году вступил в «Общество соединенных славян». Год спустя его арестовали и доставили в Петербург в Петропавловскую крепость. Обвинялся Алексей Иванович в том, что сообщил Муравьеву-Апостолу и Бестужеву-Рюмину о существовании «Общества соединенных славян», которое он возглавлял, а потом присоединился к Южному обществу декабристов. Следствие выяснило: Тютчев прекрасно знал, что главной целью заговорщиков была замена монархической формы правления на республиканскую, при этом многие выступали за физическое уничтожение всей царской семьи. Более того, по некоторым сведениям, Алексей Иванович входил в число тех, кто должен был убить императора Александра I.

  Алексея Тютчева осудили на 20 лет каторжных работ и сослали в крепость Роченсальм, незадолго перед тем отбитую у шведов. А спустя год его отправили в Сибирь - сначала в Читинский острог, потом в Петровский завод. Как и многим декабристам, вскоре срок каторги Тютчеву сократили в два раза, отправив на поселение в село Курагино Енисейской губернии. Там он и умер, не дожив полугода до амнистии.

Дарья Салтыкова  Дед будущего поэта Николай Андреевич Тютчев (ок. 1735-1797) женился на дочери владельца села Речица Брянского уезда Пелагее Панютиной. Жить бы им, поживать, да добра наживать, но пришла беда. Дело в том, что супруг Пелагеи до женитьбы состоял в любовной связи с соседкой Дарьей Салтыковой. Узнав, что ее бывший кавалер женился, оскорбленная помещица, в которой любовная страсть не остыла, но дополнилась жаждой мести, решила извести молодую семью. Сначала она вознамерилась сжечь дом Панютиных и даже приказала это сделать своим людям. Те, к счастью, не решились.

  Узнав о намерении бывшей любовницы отомстить, Николай Андреевич вынужден был обратиться за помощью к властям, но те не помогли. Тогда он счел разумным переехать в Овстуг - брянское имение жены Пелагеи, которое ей досталось в качестве приданого вместе с двадцатью душами крестьян. Узнав, по какой дороге они будут ехать, Салтыкова выслала наперерез своих людей с приказом убить семейную пару. Но молодоженов предупредили, и они поехали другой дорогой.

  Слухи о зверских истязаниях, которым подвергала Салтычиха своих крепостных, дошли до императрицы Екатерины II, и та повелела наказать изуверку. Безумную помещицу судили и приговорили к смертной казни, которую, правда, заменили потом на пожизненное заключение. В подземной тюремной камере Ивановского монастыря, который, кстати, находился неподалеку от московского дома Тютчевых, Салтычиха провела 32 года.

  Справедливости ради следует сказать, что по крутости характера Николай Андреевич мало чем уступал своей бывшей пассии: современники описывают его как человека, склонного к «разгулу и произволу, доходившему до неистовства». В Овстуге он стал активно затевать судебные тяжбы с соседями за спорные участки, постепенно расширяя свое хозяйство. Даже конфискованное у Салтычихи по приговору суда имение Троицкое Николай Андреевич присоединил к своим владениям, заплатив судебным приставам.

  Овстуг появился во владениях Тютчевых много позже. А до того многие поколения носителей этой фамилии были связаны с древним русским городком Угличем, где был убит царевич Дмитрий. Неподалеку от Углича, в местечке под названием Знаменское, до сих пор сохранилась бывшая усадьба дворян Тютчевых. Правда, сегодня она представляет собой довольно унылое зрелище, но когда-то это был роскошный особняк.

  А первым из Тютчевых обосновался в Знаменском «московский служилый человек» по имени Даниил Васильевич. Землю в долине рек Елды и Кадки он получил в награду за участие в Крымских походах юного царя Петра 1687-1689 годов. Даниил Тютчев приходился поэту прапрадедом. После его смерти поместье перешло по наследству к старшему сыну Ивану Даниловичу, поручику военно-морского флота, а потом к младшему - Андрею Даниловичу, прадеду поэта.

  Дед Федора Тютчева - помещик Угличско-Мышкинского Верхневолжья Николай Андреевич, о котором мы уже рассказывали выше, жил здесь в конце XVIII века, пока не съехал и не обосновался в усадьбе своей жены Пелагеи в селе Овстуг. Знаменские краеведы сокрушаются: Овстуг отнял у Ярославской земли возможность стать родиной великого поэта.

  Но и Знаменское не было забыто. Здесь семейство Тютчевых нашло приют, когда в лихом 1812-м Москву заняли и сожгли войска Наполеона. Более того, директор угличского филиала госархива Ярославской области Татьяна Третьякова считает, что именно ярославское имение Тютчевых стало «той точкой отсчета в становлении личности поэта (тогда изнеженного, избалованного, но по природе впечатлительного и разумного мальчика), которая определила алгоритм всей его последующей жизни и творчества...».

Иван Николаевич Тютчев  Село Овстуг считается первым по значимости родовым гнездом Тютчевых после Знаменского и Муранова. Ведь здесь родился отец поэта Иван Николаевич Тютчев (1768-1846), единственный наследник Николая Андреевича и Пелагеи Денисовны. В отличие от своего буйного отца Иван Николаевич рос уравновешенным и покладистым человеком. Звезд с неба не хватал, за чинами не тянулся, особыми способностями не блистал. Подарком судьбы можно назвать его встречу с будущей женой Екатериной Львовной Толстой.

  Познакомились они в Москве в доме родственников Остерманов-Толстых. Хозяйка дома Анна Васильевна, тетя Екатерины Львовны, была замужем за графом Федором Андреевичем Остерманом, сыном знаменитого дипломата и сподвижника Петра Первого Андрея Ивановича Остермана. Представители этих двух знатных родов всегда сохраняли друг с другом самые теплые отношения. Вскоре молодые поженились, и у них родился первенец, которого назвали Николаем. Через некоторое время имение в Овстуге огласилось криком еще одного младенца - 23 ноября 1803 года появился на свет Федор Тютчев, будущий поэт.

Екатерина Львовна Тютчева  Следом в семье родилось еще четверо детей - Сергей, Дмитрий, Василий и Дарья. К сожалению, братья умерли в детстве, и лишь Дарья дожила до глубокой старости.

  Раннее детство Федор провел в Овстуге. Воспитанием и образованием сына занималась преимущественно мать, что мальчику явно шло на пользу. Екатерина Львовна отличалась замечательным умом и фантазией, а это невольно будило и развивало воображение Феденьки. С ранних лет в его детской голове стали складываться поэтические картинки мира. И хотя семья Тютчевых была абсолютно русской, тем не менее родители предпочитали разговаривать между собой и с детьми на французском языке. Иностранным Федя овладел даже быстрее, чем родным.

  И все же русский дух царил в доме Тютчевых - благодаря нянькам, дворовым людям и крепостным, которые несли в себе самобытную русскую культуру. Эти люди олицетворяли собой патриархальный уклад русской жизни, народные понятия о справедливости, добре, правде и нравственности. Разумеется, тесное ежедневное общение с простыми людьми не могло не отразиться на мировоззрении барских детей.

  Настоящим «народным учителем» стал для маленького Федора крепостной дядька Николай Афанасьевич Хлопов. Он ухаживал за мальчиком с четырех лет и был предан ему до конца своей жизни. Хлопов стал для Феди тем, чем для пушкинского Петруши из «Капитанской дочки» был дядька Савельич.

  В 1810 году родители купили дом в Москве, и в Овстуг Федор вернулся не скоро, будучи уже взрослым человеком.

Любезному папеньке!  Первое из дошедших до нас стихотворений поэта - «Любезному папеньке!» - посвящение отцу, которое Тютчев написал, когда ему едва исполнилось десять. Вполне возможно, что рифмовать свои мысли и чувства он начал раньше, неосознанно повинуясь наследственной предрасположенности к сочинительству. По материнской линии будущий поэт состоял в дальнем родстве с Львом Николаевичем и Алексеем Константиновичем Толстыми.

  По признанию Федора, на его интеллектуальное и эстетическое развитие большое влияние оказали три человека - мать, крепостной Николай Хлопов и Семен Егорович Раич (1792-1855), поэт, литературный критик, переводчик, которого пригласили в дом ранней весной 1813 года. Родители Феди не жалели сил и средств, чтобы дать сыну прекрасное образование.

  Раич станет первым литературным наставником мальчика и, несмотря на разницу в возрасте, другом будущего поэта. Позже Раича пригласят учителем для другого гениального русского поэта - Михаила Юрьевича Лермонтова.

  Знакомство с Василием Андреевичем Жуковским, который бывал в доме Тютчевых, явилось для юного Феди настоящим событием. Прославленный поэт-романтик, автор знаменитой «Светланы», стал для начинающего стихотворца поистине олицетворением всего поэтического.

  В тринадцать лет Тютчев начинает посещать домашний пансион профессора Алексея Федоровича Мерзлякова - тоже известного поэта, переводчика и литературного критика. Юноше не исполнилось и пятнадцати, когда на заседании «Общества любителей российской словесности» он прочитал свое стихотворение «Вельможа». Образный язык, зрелость мысли и чувств так поразили собравшихся мэтров, что Тютчев был единодушно принят в состав Общества.

  Словесное отделение Московского университета Федя окончил всего за два года, получив в восемнадцать лет степень кандидата словесных наук.

  Вопрос, что делать дальше, перед молодым человеком не стоял. Конечно же - в дипломаты! Возможно, сам Федор Иванович и не грезил о карьере политического деятеля, но и нарушить семейную традицию не решился. Он знал, что в их роду числился славный предок - дипломат-разведчик Дуджи, а по материнской линии - известный полководец и политик Александр Михайлович Римский-Корсаков. Да и Остерманы внесли свою лепту в историю российской дипломатии.

Федор Иванович Тютчев  Благодаря связям и хлопотам матери Федор Тютчев был зачислен в Государственную коллегию иностранных дел в Петербурге. Вскоре подающий большие надежды молодой человек был направлен в Мюнхен - в Русскую дипломатическую службу в качестве сверхштатного чиновника. Вместе с ним в Баварию отправился и его верный «оруженосец» Николай Афанасьевич Хлопов, который будет сопровождать своего питомца во всех зарубежных странствиях.

  С этого момента начинаются самые важные этапы жизни замечательного представителя рода Тютчевых - поэта, дипломата, отца, мужа и неутомимого любовника. Вся его жизнь будет наполнена счастьем вдохновения и трагедией утрат.

  У отца поэта родилось семеро детей - у Федора Ивановича их было девять. Почти все родились в Германии (кроме одного), их матерями были немки, однако все дети поэта считались российскими подданными.

  Увы, дети Федора Ивановича практически не оставили после себя потомства. Дочери от первого брака - Дарья и Екатерина - вообще никогда не были замужем. Анна хотя и вышла замуж за известного публициста Ивана Аксакова (1823-1886), но осталась бездетной.

  Вторая жена Эрнестина родила поэту также троих детей: дочь Марию и сыновей Дмитрия и Ивана. Дмитрий умер совсем юным, а Мария связавшая свою судьбу узами брака с вице-адмиралом Бирилевым, своих детей не имела.

  Сын Иван взял в жены Ольгу Николаевну Путяту, владелицу усадьбы в Мураново. У них родилось пятеро детей: Ольга (не дожила до совершеннолетия), Софья, Екатерина, Федор и Николай. Но лишь у Екатерины, вышедшей замуж за Василия Пигарёва, родились дети, поэтому по мужской линии род Федора Тютчева на этом завершился. У Екатерины Пигаревой было трое детей - дочь Ольга и сыновья Кирилл и Николай, которые, собственно, и стали продолжателями рода Тютчевых.

Николай Иванович Тютчев  Николай Иванович Тютчев (1876-1949), сын Ивана Тютчева и Ольги Путяты, стал основателем известного в Подмосковье музея-усадьбы «Мураново». Идею открытия музея имени деда Николай Иванович вынашивал едва ли не с детства. Он коллекционировал предметы, так или иначе связанные с историей семьи Тютчевых, - картины, книги, фарфоровую посуду, мебель.

  После Октябрьской революции 1917 года Николай Иванович и его мать Ольга Николаевна, спасая усадьбу от разорения, передали Мураново государству и сделали все, чтобы открыть там музей Федора Тютчева. В августе 1920 года музей распахнул свои двери для посетителей, в 1922-м Николай Иванович вошел в состав госкомиссии по охране памятников старины при Моссовете, а в 1924-м его официально назначили директором музея.

  Сам поэт никогда здесь не был, но Николай Иванович перевез в мурановскую усадьбу практически все, что собрал за свою жизнь в память о великом предке, включая личные вещи Федора Тютчева и даже кровать, на которой тот скончался.

  В создании музея приняли участие старший брат Федор, сестра Екатерина и племянник Кирилл, сменивший впоследствии Николая Тютчева на посту директора музея. В 1946 году советское правительство наградило Николая Ивановича орденом Трудового Красного Знамени. Он умер в 1949 году в мурановском доме. Здесь же его и похоронили на погосте домовой церкви рядом с могилой отца.

Могилы Н.И. Тютчева и К.В. Пигарева

  Любопытно, что и третья, гражданская, жена поэта, Елена Денисьева, как и две предыдущие, родила Федору Ивановичу троих детей - дочь Елену (она умерла в 14 лет), сына Николая, умершего в младенчестве, и Федора. Федор Федорович сделал неплохую карьеру военного, дослужившись до звания полковника. Он был героем Русско-японской и Первой мировой войн, награжден Георгиевским оружием. Военную службу совмещал с трудом писателя и журналиста. Писал статьи в журналы и газеты, романы и повести. Две его дочери наследников не оставили.

  Никто из потомков поэта не писал стихов. Правнук Кирилл уже во времена Сталина написал книгу о Суворове, которую удостоил похвалы сам генералиссимус, присвоив автору звание заслуженного деятеля искусств. Сестра Кирилла, Ольга, работала учительницей у детей Сталина - Василия и Светланы.