Д. Ф. ТЮТЧЕВОЙ

29 февраля 1864 г. Петербург



  Ma fille chérie. Je savais à peu près la mesure du temps pour les visites qu’on te faisait et que tu pouvais supporter1: 8 à 10 minutes quand c’était le petit frère, de 10 à 15 quand c’était celle du petit père. — Mais ce que tu es à même de supporter de lignes dans une visite épistolaire? — voilà ce que j’aimerais savoir, dans ce moment-ci, pour ne pas trop me compromettre. — Quant à tes lettres à toi, je les aime, de toutes les tailles et de toutes les grandeurs. Je les aime parce qu’elles te ressemblent, elles ont beau avoir la mort dans l’âme, comme tu dis, elles ont malgré cela le rire aux lèvres.

  Sais-tu, ma fille, que tu l’as échappé belle, en fait d’impressions lugubres — en t’en allant juste la veille du jour où devait enfin s’accomplir ta persistante prophétie2. Que serais-tu devenue, si on t’avait appliqué une loi de Pierre le G<rand>, qui condamne à la prison un prophète de malheur, jusqu’à l’accomplissement de sa prédiction?

  Ma fille chérie. Ne soyez pas triste. Voici le printemps qui vient et vous pouvez encore avoir de beaux jours…3 Essaye seulement de le vouloir.

  Embrasse tendrement Kitty et prie-la de m’écrire quelques mots.

Le petit père assommant

Перевод

  Моя милая дочь. Я более или менее представлял себе, сколько времени ты в состоянии терпеть того или иного посетителя1: от 8 до 10 минут — крошку братца, от 10 до 15 — крошку отца. — Но сколько ты можешь вынести строк в визите эпистолярном? — вот что хотел бы я знать в данный момент, чтобы не поставить себя в слишком неловкое положение. — Что касается твоих писем, то я люблю их независимо от размера и формы. Я люблю их потому, что они походят на тебя: сколько бы ни заключали они, как ты говоришь, смертельной грусти в душе, на устах у них все-таки смех.

  Знаешь ли, дочь моя, что ты счастливо избежала мрачных впечатлений, уехав как раз накануне того дня, когда должно было наконец исполниться твое застарелое пророчество2. Что бы с тобой сталось, если бы еще действовал закон Петра Великого, предписывавший держать предсказателя несчастья в тюрьме до тех пор, пока его предсказание не сбудется?

  Милая моя дочь, не грусти. Вот уж и весна наступает, и тебе еще выпадут счастливые дни…3 Постарайся только этого захотеть.

  Нежно поцелуй Китти и попроси ее написать мне несколько слов.

Несносный крошка отец



  





КОММЕНТАРИИ:

Печатается по автографу — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 73. Л. 54–54 об.

Первая публикация — ЛН-1. С. 451–453.

Приписка к письму Эрн. Ф. Тютчевой от 29 февраля 1864 г.



1В январе 1864 г. Д. Ф. Тютчева серьезно заболела (Дневник М. Ф. Тютчевой. Записи от 28–31 янв. 1864 г. — Мураново. Ф. 1. Оп. 1. Ед. хр. 181). Оправившись от болезни, она уехала в Москву.

2Имеется в виду смерть гр. Д. Н. Блудова, последовавшая 19 февраля 1864 г.

3Эти строки перекликаются с двустишием, которое Тютчев послал дочери ко дню ее рождения 12 апреля 1864 г.:

Не все душе болезненное снится:
Пришла весна — и небо прояснится.