А. И. ГЕОРГИЕВСКОМУ

2 июня 1866 г. Петербург



Петербург. 2 июня <18>66

  Через час по возвращении моем в П<етербург> я получил от Мих<аила> Ник<ифоровича> депешу, вероятно, известного вам содержания1. — Во всяком случае, уверьте, прошу вас, кого следует, что он может быть совершенно спокоен и что от меня ему нечего опасаться ничего такого, что могло бы повредить его интересам, т. е. общему интересу. — Но в самый день моего приезда я обедал у кн. Горч<акова>, и он мне первый начал говорить о свидании Мих<аила> Ник<ифоровича> с его московск<им> собеседником, о чем князь был извещен через самого этого собеседника, который довольно верно передал ему сущность всего сказанного при этом случае, заявив в заключение, что он остался вполне доволен разумностию и умеренностию Мих<аила> Ник<ифоровича>. — Впрочем, он здесь не скрывает, что это свидание состоялось не вследствие собственного его побуждения, но по предписанию свыше…

  Что же касается графа Толстого, то еще до сей минуты мне не удалось с ним видеться. Знаю только через Делянова, что он сбирается в Москву между пятым числом и десятым этого месяца. Во всяком случае, увижусь с ним перед его отъездом и не премину, разумеется, переговорить с ним обо всем, что следует…2

  Здесь все надеются, что дело «Моск<овских> вед<омостей>» устроится и уладится удовлетворительным образом, — их нормальное восстановление есть дело общей потребности, и можно предвидеть, что и внешние события, надвигающиеся на нас, немало будут способствовать правильному разрешению этой задачи.

  С Деляновым, как я уже сказал, я подробно говорил о вас и обо всем положении вашем и в десятый раз удостоверился, что он совершенно расположен в вашу пользу…

  Засим — и на этот раз обращаюсь к вам обоим — должен сознаться, милые вы друзья мои, что и двухнедельное пребывание с вами уже достаточно обратилось в привычку, чтобы не тяготиться ее перерывом, — и я предчувствую, что я, при первой же возможности, поспешу возобновить прерванное.

  Господь с вами. — Детей обнимаю.

Ф. Тчв



  





КОММЕНТАРИИ:

Печатается по автографу — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 2. Ед. хр. 2. Л. 44–45 об.

Первая публикация — ЛН-1. С. 406–407.



1Эта телеграмма не сохранилась. Она была связана с беседой, которую в конце мая 1866 г. имел с Катковым гр. А. В. Адлерберг, принадлежавший к числу лиц, наиболее близких Александру II (в это время Александр II жил в подмосковном имении Ильинское, и Адлерберг, находившийся при нем, по его поручению говорил с Катковым). Тютчев был тогда в Москве и узнал о содержании этой беседы от Георгиевского. Катков не хотел, чтобы подробности ее, касавшиеся «дальнейших его предположений по делу о “Московских ведомостях”», были преданы гласности, и потому «решился телеграфировать Ф. И. Тютчеву, чтобы он никому не сообщал» о том, что рассказал ему об этой беседе Георгиевский (ЛН-2. С. 150, 151).

2Об этих хлопотах Тютчева см.: письмо 321, примеч. 1.