"В которую из двух влюбиться…"


(Из Гейне)

* * *


В которую из двух влюбиться

Моей судьбой мне суждено?

Прекрасна дочь и мать прекрасна,

Различно милы, но равно.

Неопытно-младые члены

Как сладко ум тревожат мой! —

Но гениальных взоров прелесть

Всесильна над моей душой.


В раздумье, хлопая ушами,

Стою, как Буриданов друг

Меж двух стогов стоял, глазея:

Который лакомей из двух?..



  





КОММЕНТАРИИ:

Автограф — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 18. Л. 1 об. — 2.

Первая публикация — Изд. 1900. С. 433.

Печатается по автографу.

В автографе в скобках вместо заглавия — помета «(Из Гейне)».

Начало стихотворения написано на одной странице с стих. «Душа моя, Элизиум теней…», а последняя строфа — на другом листе и предшествует стих. «На древе человечества высоком…». На первой странице — «Я помню время золотое…»; на обороте второго листа — «Как дочь родную на закланье…». Таков контекст стихотворения — в нем какие-то германские культурные ассоциации: Гейне и Гёте, Рейн и свидание с «младой феей» на его берегу, а «Как дочь родную на закланье…» поэт написал в связи с развернувшейся в баварской печати антирусской кампанией (см. Лирика II. С. 355); мотив «прекрасных теней» объединяет стих. «Душа моя, Элизиум теней…» и «Я помню время золотое…».

К.В. Пигарев полагал, что написано стихотворение не ранее 1834 г., когда появился немецкий подлинник — стих. Гейне «In welche soll’ich mich verlieben…» (Neue Gedichte. Verschiedene. Yolante und Marie. — Иоланта и Мария) и не позднее апреля 1836 г.: перевод был среди рукописей, посланных И.С. Гагарину в начале мая этого года (В.К.).

Представляет собой перевод одной из многих частей шутливого эротичного стих. Гейне «Иоланта и Мария». В части, предшествующей переводу, немецкий поэт описывает обед, который дали «ему и его гению» две дамы, знающие, «как уважить поэта». Поэт упоминает великолепный суп, бодрящее вино, божественную дичь и шпигованного зайца. «Говорили, кажись, о поэзии». Ту часть, которую перевел Тютчев, Гейне начинает вопросом: в которую из двух дам ему влюбиться, поскольку каждая из них любезна — достойна любви (здесь поэт употребляет слово, имеющее оба эти значения; игра слов непереводима). У одной «белые, неопытные члены», у другой «гениальные глаза, понимающие нашу нежность» (у Тютчева — «гениальных взоров прелесть»).

Тютчев точно воспроизвел музыку гейневского стиха, сохранив метрическую схему (чистый четырехстопный ямб с наращением одного безударного слога в нечетных строках) и принцип рифмовки (перекрестная мужская рифма в четных строках; в нечетных строках рифма отсутствует). Достаточно точный сам по себе перевод Тютчева, освобожденный, однако, от того контекста, в обрамлении которого находится вторая часть гейневского стихотворения, превратился в произведение иного, скорее лирического плана, в отличие от шутливо-иронического, в котором написан оригинал.

C одной стороны, тютчевские стихи достаточно близки к оригиналу как по форме, так и по содержанию, и это, казалось бы, дает основание отнести их к разряду адекватных переводов; с другой стороны, будучи вырванной из достаточно фривольного контекста стихотворения Гейне, тютчевская вариация приобретает совсем иное звучание — чисто лирического стихотворения. По-видимому, самым правильным будет рассматривать стихотворение Тютчева как вариацию на тему, заданную Гейне (Л.Л., М.М.).