Гус на костре



Костер сооружен, и роковое

Готово вспыхнуть пламя. Все молчит.

Лишь слышен легкий треск — и в нижнем слое

Костра огонь предательски сквозит.

Дым побежал — народ столпился гуще,

Вот все они — весь этот темный мир:

Тут и гнетомый люд — и люд гнетущий,

Ложь и насилье — рыцарство и клир.

Тут вероломный кесарь1 — и князей

Имперских и духовных сонм верховный,

И сам он, римский иерарх, в своей

Непогрешимости греховной2.

Тут и она — та старица простая,

Не позабытая с тех пор3,

Что́ принесла, крестясь и воздыхая,

Вязанку дров, как лепту, на костер.

И на костре, как жертва пред закланьем,

Вам праведник великий предстоит,

Уже обвеян огненным сияньем,

Он молится — и голос не дрожит.

Народа чешского святой учитель,

Бестрепетный свидетель о Христе

И римской лжи суровый обличитель,

В своей высокой простоте

Не изменив ни Богу, ни народу,

Боролся он — и был необорим —

За правду Божью, за ее свободу,

За все, за все, что бредом назвал Рим4.

Он духом в небе — братскою ж любовью

Еще он здесь, еще в среде своих,

И светел он, что собственною кровью

Христову кровь он отстоял для них.

О чешский край — о род единокровный!

Не отвергай наследья своего —

О, доверши же подвиг свой духовный

И братского единства торжество!

И цепь порвав с юродствующим Римом,

Гнетущую тебя уж так давно,

На Гусовом5 костре неугасимом

Расплавь ее последнее звено.



Другие редакции и варианты



6  Тут все они — весь этот темный мир:

        Автограф — ИРЛИ. № 16959. Л. 4–5.


30  Еще он здесь, еще в кругу своих

        Автограф — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 46. Л. 3.


37-38 И цепи той с юродствующим Римом

   Судьбу твою сковавшей так давно

        Автограф — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 46. Л. 4.


38  Твою судьбу сковавшей так давно

        Автограф — ИРЛИ. 16959. Л. 4–5.


40  Ты растопи последнее звено.

        Автограф — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 46. Л. 4;

        ИРЛИ. 16959. Л. 4–5.


40  Расплавь скорей сомкнутое звено.

        Автограф — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 46. Л. 5 об.


40  Расплавь скорей железное звено.

        Автограф — ИРЛИ. 16959. Л. 4–5.



  





КОММЕНТАРИИ:

Автографы (2) — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 46. Л. 3–6; ИРЛИ. № 16959. Л. 4–5.

Список — Альбом Тютч. — Бирилевой (с. 66–68).

Первая публикация — ж. «Заря». 1870. № 5, май. С. 3–4. Затем — в брошюре «Стихотворения и объяснительный текст к живым картинам». СПб., 1870. С. 19–21. Вошло в Изд. СПб., 1886. С. 336–338; Изд. 1900. С. 338–339.

Печатается по первой публикации.

В обоих автографах строфы 4-я и 7-я первоначально отсутствовали. В автографе РГАЛИ они — на отдельном листе (л. 5) с пометами «4» и «7»; в автографе ИРЛИ они приписаны А. Н. Майковым, так же как и вариант последнего стиха, надписанный над ним. В автографе РГАЛИ вслед за отдельным текстом 4-й и 7-й строф идут варианты последней строфы (л. 5 об. и 6). Заглавия нет.

Датируется 15–17 марта 1870 г.: в автографе РГАЛИ рукой М. Ф. Тютчевой-Бирилевой поставлена дата «15-ое марта 1870», а в списке ее альбома, имеющем первоначально отсутствовавшие в автографах 4-ю и 7-ю строфы, — 17 марта 1870 г. Небольшая правка была сделана позднее, перед отдачей в печать.

В ж. «Заря», опубликовавшем стихотворение, в сноске сказано, что «Гус на костре», «Сон королевича Марка» и «Симеон» читались на вечере с живыми картинами, данном в пользу Славянского Благотворительного Комитета 1 апреля 1870 г. Тютчевское стихотворение написано как раз для прочтения на этом вечере. Но еще до этого, 26 марта 1870 г., оно было прочитано на литературном вечере у поэта. А. В. Никитенко писал: «На вечере были читаны славянофильские стихотворения Тютчева («Гус»), Майкова и Полонского («Симеон Болгарский»), приготовленные ими к живым картинам на Пасху. Все они недурны, особенно стихотворение Тютчева» (Никитенко. Т. II. С. 403).

Еще в статье «Россия и революция» Тютчевым высказывалась мысль, что та национальная жизнь, которая сохранилась в Богемии, была сосредоточена в ее гуситских верованиях, в протесте угнетенной славянской национальности против захватов римской церкви и против немецкого господства.



1Вероломный кесарь — германский император Сигизмунд, при вызове Гуса на Собор, дал ему охранную грамоту, но затем, под давлением Собора, признал ее недействительной как выданную еретику. Собор, не позволив Гусу защищаться, 6 июля 1415 г. вынес окончательный приговор, по которому он, как упорный еретик, был лишен сана и передан в светские руки для сожжения. В тот же день он был казнен; обложенный дровами до подбородка, задыхаясь от дыма и корчась от боли и мук, Гус все время громко молился.

2Римский иерарх, в своей / непогрешимости греховной — имеется в виду католическое учение о папской власти в Церкви и непогрешимости в вопросах веры и нравственности, в тех или иных модификациях существовавшее на протяжении всей истории римского католицизма и окончательно сформулированное как догмат о папской непогрешимости на Ватиканском соборе в 1870 г. (см. коммент. к стих. «Ватиканская годовщина». С. 595).

3Старица простая… / что принесла… / Вязанку дров, как лепту, на костер — по преданию, одна бедная старуха, принесшая вязанку дров и с благоговением подложившая ее под ноги Гуса, который, увидя ее усердие, воскликнул: «O sancta simplicitas!» (т. е. «О, святая простота!» — лат.). «Старица простая» сравнивается с евангельской бедной вдовой, положившей в церковную сокровищницу две лепты — все, что у нее было (лепта — самая мелкая медная монета); Христос сказал о ней, что она положила больше всех (Лк. 21, 1–4).

Казнь Гуса вызвала широкое общественное движение в Чехии. Было изгнано высшее католическое духовенство, в 1418 г. разорваны отношения с папством. В 1419 г. произошло восстание в Праге. Германский император и папа римский организовали пять крестовых походов против Чехии (1420–1431), успешно отбитых чешским народом. Гуситы разделились на две партии. В 1431 г. на Базельском соборе был заключен договор, удовлетворявший интересы одной из них. Другая партия начала войну против первой, но была разбита. Постепенно движение заглохло.

4За все, за все, что бредом назвал Рим — перекличка со стих. «Encyclica», написанным в связи с обнародованием 26 ноября 1864 г. послания папы римского Пия IX — энциклики, осуждавшей среди различных «заблуждений века» свободу совести (стихотворение завершается «роковыми словами» папы: «Свобода совести есть бред!»).

И. С. Аксаков писал по поводу чешского вопроса, ссылаясь на тютчевское стихотворение: «Пренебрегая вопросом религиозным, Ригер, Палацкий и прочие чешские корифеи говорят: «Мы так просвещены, что переросли эти заботы», т. е. имея очи — не видят, имея уши — не слышат, что весь мир, весь образованный исторический мир, просвещенный не менее Чехии, волнуется и мятется в настоящее время именно по поводу вероисповедных задач, томительно ищет им решения, и что вся историческая судьба Европы явно висит теперь на вопросе не политического, а религиозного свойства. Чешские политики усердно вспенивают народное чувство к Гусу, празднуют его память при всяком удобном случае, и в то же время, собственными же руками разрушают свои усилия, потому что Гуса, сожженного Римом на костре за стремление к славянской национальной церкви, чествуют латинскою обедней, латинскою азбукой, и из Гусова дела изъемлют вон именно то, в чем заключался весь его смысл и значение, т. е. его вероисповедный подвиг! Здесь кстати заметить, что Тютчев, в прекрасных стихах по поводу четырехсотлетнего юбилея Гуса, вновь напоминал «чешскому роду» о необходимости скорее расплавить на Гусовом костре неугасимом звено той цепи, которая приковывает чехов к Риму» (Биогр. С. 146–147) (Ф. Т.).

5Ян Гус (1369–1415) — ректор Пражского университета, видный и популярный проповедник, вдохновитель и деятель религиозно-национального движения чешского народа. За свои резкие проповеди Гус претерпел преследования; он был потребован на суд Собора в Констанце.