Наполеон III



   И ты свершил свой подвиг роковой,

   Великих сил двусмысленный наследник,

        Муж не судеб, а муж случайности слепой,

      Ты сфинкс, разгаданный и пошлою толпой,

      Но правды Божьей, не земной,

      Неотразимый проповедник,

      Ты миру доказал на деле,

   Как шатко все, в чем этой правды нет:

        Ты, целых двадцать бурных лет

      Мир волновавший — и без цели,

           Ты много в мире лжи посеял,

         И много бурь ты возрастил,

              И уцелевшего рассеял,

              И собранного расточил!

      Народ, взложивший на тебя венец,

      Ты ложью развратил и погубил вконец;

         И, верный своему призванью,

      Оторопевший мир, игрой своей смутя,

              Как неразумное дитя,

      Ты предал долгому шатанью.

      Спасенья нет в насилье и во лжи,

      Как ни орудуй ими смело,

      Для человеческой души,

      Для человеческого дела.

   Знай, торжествующий, кто б ныне ни был он,

      Во всеоружии насилья и обмана,

   Придет и твой черед, и поздно или рано,

      Ты ими ж будешь побежден!

        Но в искупленье темных дел

      Ты миру завещал один урок великий:

        Да вразумятся им народы и владыки

      И всякий, кто б тебе соревновать хотел; —

        Лишь там, лишь в той семье народной,

      Где с властью высшею живая связь слышна,

           И где она закреплена

   Взаимной верою и совестью свободной,

      Где святы все ее условья,

      И ей народ одушевлен —

   Стоит ли у престола он

      Иль бодрствует у изголовья

      Одра, где царский сын лежал1,

      И весь народ еще недавно

      Тот одр болезни окружал

      Своей молитвой православной, —

   О, тут измене места нет,

        Ни разновидным ухищреньям,

      И крайне жалок был бы тот,

           Кто б этот оскорбил народ

         Иль клеветой, иль подозреньем.



Другие редакции и варианты



   Строка 3 отсутствует.

9 (8)  Ты целых двадцать лет

10 (9)  Мир волновавший без цели —

11 (10)  Ты в мире много лжи посеял

   Строка 16 отсутствует.

19 (17)  Его он предал долгому шатанью.

        Автограф — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 49. Л. 9-10 об.


1  И ты свершил свой жребий роковой

        Список И.С. Аксакова — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 52. Л. 176–176 об.


7-8 Ты миру доказал, как шатко все, в чем нет

   Той правды внутренней, и доказал на деле.

        Список Эрн. Ф. Тютчевой — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 52. Л. 177–178;

        Гражданин. 1873. № 2. 8 января. С. 37; Изд. 1900. С. 359.


10-11 Мир волновавший, но без цели,

   Ты в мире много лжи посеял

        Список И.С. Аксакова — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 52. Л. 176–176 об.


9-11 Ты, волновавший мир без цели,

   В эти двадцать бурных лет, —

   Ты много, много лжи посеял

        Гражданин. 1873. № 2. 8 января. С. 37.


13  И уцелевшего развеял

        Списки: И.С. Аксакова — РГАЛИ. Ф 505. Оп. 1. Ед. хр. 52. Л. 176–176 об.;

        Д.Ф. Тютчевой — ГАРФ. Ф. 728. Оп. 1. Ед. хр. 3146. Л. 1–2;

        ГАРФ. Ф. 728. Оп. 1. Ед. хр. 3146. Л. 3–3 об.


24  Для человеческого тела

        Списки: Эрн. Ф. Тютчевой — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 52. Л. 177–178;

        Д.Ф. Тютчевой — ГАРФ. Ф. 728. Оп. 1. Ед. хр. 3146. Л. 1–2;

        ГАРФ. Ф. 728. Оп. 1. Ед. хр. 3146. Л. 3–3 об.


38  И ею всей народ одушевлен —

40  Или стоит у изголовья

42  И сей народ еще недавно

        Список Эрн. Ф. Тютчевой — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 52. Л. 177–178.


43  Тот одр болезни осенял

        Список И.С. Аксакова — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 52. Л. 176–176 об.



  





КОММЕНТАРИИ:

Автограф — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 49. Л. 9-10 об.

Списки — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 52. Л. 177–178 и л. 176–176 об.; ГАРФ. Ф. 728. Оп. 1. Ед. хр. 3146. Л. 1–2 и Л. 3–3 об.

Первая публикация — Гражданин. 1873. № 2. 8 января. С. 37. Затем — Мещерский. Ч. 2. С. 194–195; Изд. 1900. С. 359.

Печатается по списку ГАРФ (л. 3–3 об.).

Датируется концом декабря 1872 г.

Автограф записан карандашом на трех сторонах сложенного вдвое полулиста, дрожащим почерком, рукою больного поэта, труден для чтения: многие слова не дописаны, пунктуация почти отсутствует, деления на строфы нет. Это первоначальный вариант стихотворения (первые 18 строк), вложенный в конверт (вместе с двумя другими листками, содержащими 2 карандашных автографа «17-ое апреля 1818» («На ранней дней моих заре…») — см. коммент. С. 613). На конверте Д. Ф. Тютчева пометила: «Стихотворения, написанные Ф. И. Тютчевым, когда он лежал в параличе и с болью в голове. 1873». К. В. Пигарев исправил в комментариях ошибку Г. И. Чулкова, полагавшего, что еще одна рукопись (ГАРФ. Л. 1–2) является автографом; в действительности это список рукой Д. Ф. Тютчевой (Лирика II. С. 428). Список неустановленного лица (ГАРФ. Л. 3–3 об.) — копия с него. Списки РГАЛИ выполнены Эрн. Ф Тютчевой и И. С. Аксаковым. Заголовок: «Наполеон III». Даты нет.

В Гражданине, помимо полной публикации, в статье «Наполеон III» цитируются 18-20-я строки стихотворения (с. 29): «Оторопевший мир, игрой своей смутя, / Как неразумное дитя, / Он предал долгому шатанью». В Изд. 1900 дата: «(Декабрь 1872)».

29 декабря 1872 / 9 января 1873 г. русские газеты поместили телеграмму о смерти императора Франции Наполеона III, низложенного в 1870 г. Известие о смерти Луи Наполеона вызвало в Тютчеве «живейший интерес», по словам Эрнестины Федоровны, поэт вынашивал стихи весь день 29 декабря — вероятно, тогда был записан текст автографа. «30-го, после беспокойно проведенной ночи», он диктовал весь день второй вариант стихотворения своей жене, она «плохо слышала, но не хотела заставлять его многократно повторять одну и ту же строку, неясно произнесенную, и в результате получились нелепости, которые он с раздражением обнаруживал», когда она «прочитывала ему записанное»; «вечером работа наша была закончена» (из письма Эрн. Ф. Тютчевой — К. Пфеффелю из Петербурга от 6/18 января 1873 г. — ЛН-2. С. 421). 3 января 1873 г. Тютчев говорил с И. С. Аксаковым «о политике, о Хиве, о Наполеоне, о московских городских выборах; например, о Наполеоне III: «Какой огромный круг деятельности исторической и созидания понапрасну, по-пустому», — старался припомнить свои стихи об нем, но не мог, среди усилий задремывал, потом опять силился сказать что-нибудь об общих вопросах» (Письмо Аксакова к Е. Ф. Тютчевой из Петербурга от 3 января 1873 г. — Летопись. С. 226–227). Поэт понес стихи к редактору Гражданина В. П. Мещерскому (это произошло 1 января 1873 г.). В своих воспоминаниях Мещерский упомянул это событие: «Войдя, он сказал мне, что принес стихотворение на смерть Наполеона III. Затем он достал, как всегда, клочок бумаги, на котором каракулями были изображены стихи, и начал читать. Во время чтения с ним, очевидно, сделался первый удар: он не мог уже разбирать своего почерка и затем не мог уже плавно произносить слова… Чтение прервалось…» (Мещерский. Ч. 2. С. 194). Поэт был привезен домой, разбитый параличом. Дарья Федоровна «уверяла даже, что ближайшей причиной апоплексического удара, постигшего Ф. И. Тютчева, было <…> искажение его стихов» Эрнестиной Федоровной (Тютч. сб. С. 52). Для «восстановления версификации <…> был Мещерским приглашен Майков; нет сомнения, что Федор Иванович исправил бы их иначе…» (И. С. Аксаков — Е. Ф. Тютчевой из Петербурга 6/18 января 1873 г. — ЛН-2. С. 423).

Наполеон III (1808–1873) — третий сын голландского короля Людовика Бонапарта и королевы Гортензии (Богарнэ), падчерицы Наполеона I. Получил при рождении имя Шарль Людовик-Наполеон Бонапарт. Утверждают, что Наполеон III был человеком добрым и щедрым, но вспыльчивым. С его личным характером и положением Тютчев «связывал шаткость и двусмысленность тогдашнего общего положения дел» (Из воспоминаний А. И. Георгиевского // ЛН-2. С. 146). В письме Георгиевскому от 13 июля 1866 г. Тютчев говорил «о полнейшей несостоятельности Наполеона III и о наклонности наших дипломатов отыскивать во всех его самых грубых и самых осязательных промахах глубину премудрости, тогда как он поистине велик только в этом деле всемирной мистификации, но и тут большая доля принадлежит не ему, а человеческой глупости» (ЛН-2. С. 151). Известно высказывание поэта о французском общественном строе: «как бы возвращенный развратом к степени первобытности. Это почти уже состояние натуральности, как в публичных банях России» (Биогр. С. 277–278). Относительно провозглашения Французской империи 2 декабря 1852 г. Тютчев пишет: «Все этого ожидали, как родов у женщины после 9-месячной беременности» (Тютчевиана. С. 26. — Письмо Ф. И. Тютчева к его второй жене от 26 ноября 1852 г. из Петербурга). В дневнике А. Ф. Тютчевой имя Наполеона III упоминается при известии о том, что 24 мая 1859 г. «император Наполеон совершил торжественный въезд в Милан среди неописуемого восторга» (При дворе-2. С. 197). Ранее она говорила о предположениях «стола» по поводу изменения политики Англии «в конце восточного кризиса», и что «…она вступит в союз с Россией. Наполеон III погибнет; после его смерти во Франции вспыхнет анархия, и красные на время возьмут верх, но скоро будут раздавлены» (При дворе-1. С. 136). 15/27 сентября 1867 г. Тютчев в письме Е. Ф. Тютчевой из Петербурга в Биарриц называет Наполеона III императорским сфинксом, который «уже не представляется прежним неразгаданным сфинксом» (Изд. 1984. Т. 2. С. 308). Известно высказывание поэта о смерти: «C’ est mon Sédan» — «Это мой Седан» (ЛН-2. С. 422): после поражения при Седане, 1 сентября 1870 г., Наполеон III был взят в плен немцами. До этого события, 3/15 августа 1870 г., поэт писал: «Шансы не на стороне Франции…» (письмо к Е. К. Богдановой — Тютчев в восп. С. 49). 4 сентября 1870 г. во Франции произошел переворот, в результате которого Наполеон III был низложен. «28 января 1871 года воюющие державы объявили на месяц перемирие, во время которого были выработаны условия франкфуртского мира, закончившего начатую Наполеоном III войну предсказанной Тютчевым потерей Францией Лотарингии и Эльзаса» (там же. С. 72).

В Гражданине говорится о «прозорливости» Тютчева относительно личности французского императора (Гражданин. 1873. № 2, 8 января. С. 29). И. С. Аксаков охарактеризовал стихотворение как «тяжелое, темное, неправильное» (Биогр. С. 309). В. П. Мещерский считал, что оно было «последним стихотворением Тютчева» (Мещерский. Ч. 2. С. 194), хотя в действительности таковым является «Бывают роковые дни…» — «написано не позднее мая 1873 г.» (Тютчев в восп. С. 459). Чулков относил «к особому отделу начатых и незавершенных произведений. Это все не более как фрагменты стихотворений» (НС. С. 113). К. В. Пигарев открыл «Наполеоном III» раздел «Стихотворения, написанные во время предсмертной болезни» (Лирика II. С. 262–263).



1Иль бодрствует у изголовья / Одра, где царский сын лежал — речь идет о Николае, сыне Александра II (см. «Сын царский умирает в Ницце…», «12-ое апреля 1865». С. 139, 140) (Н. К.).