Гагарину И. С.

10/22 июля 1836 г. Мюнхен



Munich. Ce 22 juillet 1836

  Mon cher Gagarine,

  Il y a deux jours je vous ai écrit pour mon propre compte. Maintenant c’est pour celui de la Comtesse Jeannette P<aumgarten>1 qui vous prie de vous charger de l’incluse et de la faire parvenir en contrebande aux belles mains auxquelles elle est destinée. Tâchez de vous acquitter à votre honneur de ce petit acte de trahison. Il y a ces cas, après tout, où le but justifie les moyens, et comme dans le cas dont il s’agit c’est incontestablement Madame <Krüdener>2 qui est le but de la lettre, ce but-là pourrait justifier des énormités bien plus grandes encore… Je suppose que maintenant les moments sont moins rares où l’on peut parler à notre belle amie autrement qu’entre six yeux. Que j’aimerais à la revoir dans un de ces moments-là… Jeannette et moi, nous parlons souvent d’elle, mais tout cela est vague et ne me satisfait pas. Au fait ce n’est qu’avec elle-même que j’aime à parler d’elle, car, après moi, c’est encore elle-même qui se connaît le mieux… Dites-lui de ne pas m’oublier, mon individu s’entend, rien que mon individu, qu’elle oublie tout le reste… Dites-lui que si elle m’oubliait il lui arriverait malheur… Il lui viendrait une petite ride au front ou à la joue, ou une petite mèche de cheveux gris, car ce serait une apostasie envers les souvenirs de sa jeunesse… Mon Dieu, pourquoi en a-t-on fait une constellation…3 elle était si bien sur cette terre.

  Adieu, mon cher Gagarine. Je me sens d’humeur à vous écrire des volumes aujourd’hui, mais la nécessité sous la figure de Moritz4, que bien vous connaissez, est là, qui m’oblige de m’interrompre… Et je puis à bon droit dire de lui ce que Démosthène, je crois, disait de ce Grec dont j’ai oublié le nom: c’est la hache qui coupe mes paroles5. Adieu, ce sera pour une autre fois.

Tout à vous    

T. Tutchef

Перевод

Мюнхен. 22 июля 1836

  Любезный Гагарин,

  Два дня тому назад я писал вам по собственному почину. Теперь пишу вам по поручению графини Жаннеты Паумгартен1, которая просит вас контрабандным путем доставить прилагаемое письмо в прелестные руки, коим оно предназначается. Постарайтесь с честью совершить это маленькое предательство. Ведь бывают же случаи, когда цель оправдывает средства, а так как в настоящем случае целью письма, бесспорно, является госпожа <Крюденер>2, то подобная цель может оправдать еще большие крайности… Полагаю, что теперь чаще выпадают минуты, когда с нашей прекрасной приятельницей можно беседовать не в присутствии третьего, а с глазу на глаз. Как я желал бы повидать ее в одну из таких минут… Мы с Жаннетой часто говорим о ней, но все это туманно и не удовлетворяет меня. На самом деле я только с ней люблю говорить про нее, так как после меня она сама лучше всех себя знает… Скажите ей, чтобы она меня не забывала, мою особу, разумеется, одну мою особу, все остальное она может забыть… Скажите ей, что, если она меня забудет, ее постигнет несчастие… Выступит морщинка на лбу или на щеке, или появится прядка седых волос, ибо это было бы предательством воспоминаний ее молодости… Боже мой, зачем ее превратили в созвездие…3 она была так хороша на этой земле.

  Простите, любезный Гагарин. Сегодня у меня достаточно вдохновения, чтобы написать вам тома, но необходимость в образе хорошо известного вам Морица4 вынуждает меня прервать мои излияния… И я с полным основанием могу сказать про него то, что, кажется, Демосфен говорил про того грека, имя коего я позабыл: это топор, пресекающий мои слова5. Простите, напишу вам в другой раз.

Весь ваш    

Ф. Тютчев



  





КОММЕНТАРИИ:

Печатается по копии, присланной Гагариным И. С. Аксакову — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 59. Л. 7–8.

Первая публикация — ЛН-1. С. 513–515.



1Гр. Ж. Паумгартен — одна из мюнхенских знакомых Тютчева и приятельница А. М. Крюденер.

2В тексте, по которому печатается письмо (копия, сделанная по поручению Гагарина для И. С. Аксакова), фамилия заменена точками. Из контекста явствует, что речь идет об А. М. Крюденер.

3Намек на положение А. М. Крюденер в петербургском придворном кругу.

4Мориц — парикмахер.

5Речь идет об афинском государственном деятеле Фокионе (402–318 до н. э.). В «Наставлениях о государственных делах» Плутарх привел слова афинского оратора и политического деятеля Демосфена (384–322 до н. э.): «Презиравший прочих своих соперников», Демосфен «говаривал, видя, что встает Фокион: “Вот подъемлется топор на мои речи”» (Плутарх. Сочинения. М., 1983. С. 592).