А.Ф. ТЮТЧЕВОЙ

30 августа 1852 г. Петербург



  Ма bonne Anna, que tu es une bonne et brave fille, un cœur généreux et dévoué... Certes je n’aurais pas mieux demandé que d’adopter ton projet1. C’eût été peut-être notrc salut à tous. Mais pour qu’il réussisse, il fallait qu’il restât un secret pour maman. Au lieu de cela ton cher oncle2 n’a eu rien de plus pressé que de lе lui dénoncer et dès lors il est devenu irréalisable. - Maintenant j’écris à maman pour lui dire que je serai à Moscou vers la fin de septembre et que je la conjure de venir m’y rejoindre...

  Quant à vous, vous nous rejoindrez plus tard, par le premier traînage. Telle est ma proposition. Si elle la rejette et si elle s’obstine à passer l’hiver à la campagne, eh bien, je viendrai m’y établir auprès de vous, dussé-je en devenir fou d’ennui et d’exaspération. Ah, tout cela me rend bien malheureux. Maman m’assure et mе jure ses grands Dieux que sa santé est fort bonne - tandis que vous, vous me dites le contraire... toi qui me connais, tu dois comprendre dans quel état cela me met. Que cela ne t’empêche pas, Anna, de me dire toute la vérité, telle que tu la vois. Je ne te pardonnerai jamais de m’avoir caché ou dissimule се qu’il m’importe tant à savoir.

  Je sais que tu n’as aucun influence sur elle. Mais tu es religieuse. Prie, ma bonne Anna, prie Dieu qu’ll inspire à maman de faire се qui est nécessaire à sa conservation.

  Jе pense beaucoup à toi et t’aime bien. Je vais cesjours-ci faire une tentative suprême en ta faveur ou plutôt dans notre intérêt à tous...3

  J’embrasse tes sœurs et les remercie de leurs écritures. Que Dieu vous protège.

Перевод

  Моя славная Анна, какая же ты добрая и славная дочь, что за великодушное и преданное сердце... Конечно, я бы всей душой принял твой проект1. Возможно, он стал бы спасением для всех нас. Но чтобы он удался, следовало сохранbть его в тайне от мама. Вместо этого твой любезный дядюшка2 не нашел ничего лучшего, как немедленно поведать его ей, и поэтому он стал неисполнимым. Теперь я пишу к мама, что буду в Москве в конце сентября и умоляю ее приехать туда ко мне...

  Что касается до вас, вы присоединитесь к нам позже, по первому санному пути. Таковы мои предположения. Если она не примет их и будет настаивать на том, чтобы остаться на зиму в деревне, что ж, я приеду туда к вам, даже если буду там безумно скучать и раздражаться. Ах, все это так досадно. Мамá уверяет меня и клянется всеми богами, что здоровье ее превосходно - тогда как вы, вы утверждаете обратное... ведь ты меня знаешь и можешь вообразить, в какое состояние все это меня повергает. Но пусть это не мешает тебе, Анна, писать мне всю правду, какой она тебе видится. Я никогда не прощу тебе, если ты скроешь от меня и утаишь то, что мне так важно знать.

  Я знаю, что ты не имеешь на нее никакого влияния. Но ты веришь в Бога. Молись, моя славная Анна, моли Бога, чтобы Он внушил мамá делать все необходимое для ее здоровья.

  Я много думаю о тебе и очень тебя люблю. На этих днях я сделаю окончательную попытку в твоих интересах, вернее, в интересах всех нас...3

  Обнимаю твоих сестер и благодарю за их письма. Храни вас Господь.



  





КОММЕНТАРИИ:

Печатается по автографу - РГАЛИ. Ф. 10. Оп. 2. Ед. хр. 37. Л. 23-24.

Публикуется впервые.

Датируется по содержанию. Тютчев сообщает дочери, что одновременно пишет письмо жене Эрн.Ф. Тютчевой о том, что будет в Москве в конце сентября. Это письмо датировано 30 августа 1852 г. (см.: РГБ. Ф. 308. К. 1. Ед. хр. 20. Л. 30-32 об. Цит.: Летопись 1999. С. 148-149).



1Проект Анны - видимо, предложение остаться ей вместе с сестрами в деревне на зиму. См. ее запись в дневнике 16 августа 1852 г.: «Мамá больна. Ее положение не внушает мне иллюзий. Она кашляет, худеет, у нее постоянный жар. Она так слаба, утомлена, что не в силах сделать лишнего движения. Она так и не поправилась после того, как заболела весной. < ... > Мне почти смешно, оттого что ничего нельзя сделать, чтобы изменить, поправить то, что я считаю хуже смерти. Может быть, у нее нет чахотки и она поправится, поехав в теплые края вдвоем с папá, туда, где у нее не будет ни забот, ни хлопот. Может быть, она выздоровеет. Но нет денег. Деньги на эту поездку будут, если мы останемся здесь и не поедем на зиму в Москву. Но на это мамá ни за что не согласится. Чтобы она приняла такую жертву от своих падчериц?! Если бы мы были ее родными дочерьми, мы бы имели право не дать ей умереть, но - увы - это не так. Мы поедем в Москву, где заботы и хлопоты по устройству новой квартиры, дурной климат усугубят болезнь мамá. И все это для того, чтобы мы томились скукой среди своей родни и в кругу московских знакомых, которые нам безразличны. Считается, что молодых девиц следует веселить и развлекать. Оставшись здесь, мы, по крайней мере, будем утешаться тем, что принесли кому-то пользу. Но мы никогда не убедим в этом наших родителей» (Тютчева. С. 88-89).

2Н.И. Тютчев.

331 августа 1852 г. Тютчев обратился с письмом к вел. кн. Марии Николаевне, в котором просил место при дворе для одной из своих дочерей (см. письмо 182).