Е. Ф. ТЮТЧЕВОЙ

23 июня 1869 г. Петербург



Pétersbourg. Ce lundi. 23 juin

  Ma fille chérie, j’ai reçu hier votre lettre, datée d’Iliînskoïé1, et je ne vous dissimule pas qu’elle m’a fait grand plaisir. J’aime les faveurs et les grandeurs pour les miens et j’en jouis par ricochet plus, assurément, que je ne l’eusse fait par voie directe… Mais ce qui m’a fait tout particulièrement plaisir, c’est ce que tu me dis au sujet de Daria. Voilà, au moins, une rentrée convenable.

  J’ai trouvé hier ta lettre à mon retour de Péterhoff où j’étais allé voir les Wiasemsky qui par un excès de discrétion sont allés s’y établir de préférence à Tsarskoïé. A ma connaissance, le Prince compte se rendre à Iliînskoïé le 1er ou le deux juillet, et il ne demanderait pas mieux, je pense, que de continuer le voyage. — En voilà un qui aime et recherche les honneurs autrement que par procuration… Pauvre cher homme.

  Moi aussi, je vais m’en aller d’ici dans quelques jours. Ma femme me presse d’arriver… Elle prétend avoir besoin de ma présence, pour édulcorer la réception qui sera faite à la nouvelle belle-fille2. Il est certain que je ne comprends guères ce manque absolu de facilité dans les rapports de la vie et que cela me choque toujours.

  Il paraît que l’état de Birileff a beaucoup empiré en dernier lieu et qu’il y a lieu de prévoir une catastrophe prochaine3. Je supprime les réflexions… Mais je ne puis m’empêcher d’en faire une à part moi. C’est que ce triste événement, si en effet il était si prochain, compromettrait nécessairement la course, que je me propose de faire à Kieff, ou m’obligerait de la faire à moi tout seul4, ce qui pourrait bien m’y faire renoncer… Si l’arrivée de Daria en Crimée n’était pas ajournée au mois de sept<embre>, j’aurais certainement poussé jusque-là, pour aller l’embrasser… Et certes ma joie paternelle, en la revoyant en Tauride, n’aurait pas cédé à celle d’Oreste, retrouvant sa sœur Iphigénie…5

  Et les Aksakoff, que font-ils? et quand reviennent-ils?6 Il est vraiment difficile d’avoir une famille plus dispersée que la mienne.

  Bonjour, ma fille, j’aimerais bien dire: au revoir, à bientôt, mais ce ne sera guères qu’à mon repassage par Moscou. Mille tendresses à mon frère et mes compliments de condoléance à ta tante qui va te perdre…7

  D’ici à mon départ je vais passer quelques jours à Tsarskoïé, attendu que tout ce que j’ai de connaissances est en grande partie réunie là… Je vais y retrouver aussi votre double souvenir, comme je l’ai retrouvé hier à Péterhoff. — Au fond ce Pétersbourg, si honni en été, n’en est pas moins, avec ses ailes, largement déployées dans cette saison, quand saison il y a, est un des plus charmants séjours qui se puisse imaginer… Cela va faire crier, mais je maintiens mon paradoxe.

Перевод

Петербург. Понедельник. 23 июня

  Милая дочь, получил вчера твое письмо, отправленное из Ильинского1, и, нечего скрывать, прочитал его с великим удовольствием. Я ищу высочайших милостей и почестей ради моих близких, и для меня, конечно же, куда ценнее внимание, оказываемое мне через них, чем проявляемое непосредственно к моей персоне… Но особенно меня порадовало то, что ты пишешь о Дарье. Вернулась она, по крайней мере, в неплохом состоянии.

  Твое письмо я нашел вчера по возвращении из Петергофа, куда ездил навестить Вяземских, которые из чрезмерной скромности предпочли его Царскому. Насколько мне известно, 1-го или второго князь собирается отбыть в Ильинское и, по-моему, горит желанием продолжить путешествие. — Вот кто ищет и домогается почестей отнюдь не через посредников… Бедняга.

  Я сам уезжаю отсюда через несколько дней. Жена настойчиво зовет меня к себе… Она утверждает, что я ей нужен для того, чтобы подсластить ожидающийся визит нашей новой невестки2. Мне, разумеется, никогда не понять этого полного отсутствия простоты в житейских отношениях, и меня каждый раз от него коробит.

  Состояние Бирилева в последние дни, похоже, сильно ухудшилось, и есть основания полагать, что дело идет к развязке3. Я отметаю все возникающие в связи с этим мысли… Однако от одной никак не могу отрешиться, и вот от какой. Это печальное событие, буде оно и впрямь не замедлит произойти, неизбежно расстроит мою поездку в Киев или поставит меня перед необходимостью ехать в одиночестве4, так что мне самому, вероятно, придется ее отменить… Если бы прибытие Дарьи в Крым не было отложено до сентября, я бы непременно добрался туда, чтобы ее обнять… И моя отцовская радость при встрече с ней в Тавриде, разумеется, не уступала бы радости Ореста, вновь обретшего свою сестру Ифигению…5

  А что там поделывают Аксаковы? когда они возвращаются?6 Поистине трудно найти более рассеянную по свету семью, чем моя.

  Прощай, дочь моя, я хотел бы сказать: до скорого свидания, но мы не свидимся раньше, чем я поеду назад через Москву. Передай самый сердечный привет моему брату и мои соболезнования твоей тетушке, которую ждет разлука с тобой…7

  Несколько дней до своего отъезда я проведу в Царском, где собрались почти все мои знакомые… Буду и там вспоминать вас обеих, как вспоминал вчера в Петергофе. — В сущности, Петербург, столь проклинаемый летом, с его крыльями-флигелями, вольно раскинутыми в эту погожую — когда она таковой выпадает — пору, все-таки является одним из самых прелестных мест проживания, какие только можно себе вообразить… Это вызовет вопли негодования, но я настаиваю на своем парадоксе.



  





КОММЕНТАРИИ:

Печатается по автографу — РГАЛИ. Ф. 505. Оп. 1. Ед. хр. 74. Л. 79–80 об.

Первая публикация — ЛН-1. С. 472–473.

Год написания устанавливается по содержанию (см. примеч. 1).



1Летом 1869 г. императрица Мария Александрова жила в своем подмосковном имении Ильинское. Е. Ф. Тютчева была приглашена туда и провела там вторую половину июня.

2Об отношении Эрн. Ф. Тютчевой к женитьбе сына см.: письмо 428, примеч. 1.

3Н. А. Бирилев — муж Марии Федоровны, младшей дочери поэта, — был контужен во время Крымской войны. Следствием контузии явилась тяжелая форма падучей болезни, приступы которой приводили его в состояние полной прострации. В начале лета 1869 г. состояние его резко ухудшилось, и врачи не ручались за его жизнь. Со временем болезнь перешла в неизлечимое сумасшествие.

4Летом 1869 г. Тютчев задумал совершить вместе с женой «паломничество» в Киев, однако из-за болезни зятя вынужден был ехать один. Свои впечатления от этой поездки он описал в письмах А. Н. Майкову и М. Н. Похвисневу от 12 августа 1869 г. (193, 194).

5Герои трагедии Еврипида «Ифигения в Тавриде».

6И. С. и А. Ф. Аксаковы находились в это время в своем симбирском имении.

7Июль и август 1869 г. Е. Ф. Тютчева провела в имении Д. И. Сушковой Новое.